Любимая фотография

sholademi

Блог Самсона Шоладеми

Записки черного пиарщика


Previous Entry Share Next Entry
Любимая фотография
sholademi

1000 и 1 нигерийских мелочей

… в деревне у мачехи мы пробыли четыре дня. Время тянулось медленно, как в очереди в “Сбербанк”. Нет, ни то чтобы было скучно, просто утомляла январская жара. Днем в тени столбик термометра поднимался до +34. Поэтому большую часть светового дня мы старались проводить в каком-то прохладном укрытии. А из дома выбирались до полудня или после пяти вечера.

Родственники нас с Сашей дружелюбно “пасли”, не отпуская одних без сопровождения за ворота “виллы”. Папа говорил, что в принципе район, где мы жили – спокойный. Но чем черт не шутит: за неделю до нашего приезда в соседнем городке неизвестные выкрали врача из Скандинавии (шведа или датчанина), работавшего в благотворительной миссии. Ради выкупа или просто, чтобы попугать или убить – неизвестно. Поэтому нас сопровождала либо мачеха Дуро, либо мой сводный младший брат Дэджи (поближе познакомлю вас с ним чуть попозже).

Как я уже говорил, за это время других белых людей мы не видели. Как реагировали аборигена на нас? Ну примерно так же, как реагируют в глухой брянской деревушке на черного как смоль негра, выходящего из белого “Мерседеса”. С тревогой, любопытством и удивлением.


Нет, надо отдать нигерийцам должное – на улицах на нас пальцами не тыкали, но сверлящие взгляды мы всё время ловили на себе. Агрессии, ненависти не было. Один большой вопрос, повисающий над головой пузырьком из комикса: “Черт возьми, кто это?!” Но африканцы тем не менее культурно и толерантно держали дистанцию, если мы сами первыми не шли на контакт.

В прошлом посте я показывал, что внутри дома. А вот так снаружи выглядит дома наших менее зажиточных соседей. Кошек и собак на улицах не встретишь. Главное здесь животное – коза. И куры. И те, и другие бегают, где хотят. Копаются в кучах мусора, отбросов, вываленных прямо с жилищами африканцев. Ищут, чем поживиться. Рядом играют ватаги чернокожих ребятишек.

Если в первые полтора дня мусор на улицах напрягал, то потом ты просто к этому привыкаешь. Точнее, стараешься не замечать. Но так же, как они, кинуть кожуру от съеденных бананов на дорогу, рука не поднималась. Когда мы складывали их в пакетик и приносили, чтобы выбросить домой (найди мусорный бак на улице – нонсенс), слуга Джекоб смотрел на нас, как на идиотов.

Как-то утром мачеха Дуро решила взять нас с собой на рынок. По дороге подвезла двух своих соседок, чьих бесчисленных имен я не запомнил.

Причем, что забавно, обе кумушки сидели на переднем кресле. И надо заметить, были отнюдь не с осиновыми талиями. Однако ж чудесным образом поместились в машине.

По сравнению с Лагосом африканцев в провинции, носящих национальную одежду, на порядок больше. Что, наверное, вполне естественно. На то она и деревня!

А вот под такими зонтиками от солнца, рядом с какими-то разваливающимися деревянными хибарами, детки прячутся от полуденного зноя.

На рынок надо ехать в соседний городок. За забором с латинским алфавитом – школа.

А так выглядят передвижные фруктовые лавки.

Почему здесь рекламируются немецкая водка, я объяснить не могу. Сам в шоке от диковинной скульптурной композиции.

Очень много африканцев передвигается по дорогам на старых японских мотоциклах. Деревенский средний класс.

А этот старый “Опель”, похожий на “Жука”. Судя по толстому слою пыли, хозяин давно на него забил.

Проезжая мимо придорожной автомастерской, мачеха неожиданно вспомнила, что у ее старого 25-ти летнего “Фольксвагена” какие-то траблы с моторчиком. “Чихает”, – как пожаловалась она. Поэтому мы зарулили на профилактический осмотр.

Выглядит автомастерская очень беспонтово. По груде старых заброшенных, убитых насмерть машин, вообще, очень трудно догадаться, что здесь их чинят, а не отправляют в последний путь – на свалку.

Нашу тачку тотчас обступили местные Кулибины и устроили расширенный консилиум

В ожидании диагноза мы скрашивали время в мягких удобных креслах. Кому попади их не предлагают – только постоянным клиентам.

Но меня поразил не сервис, а убийственное соседство с автомастерской – мини-скотобойни.

Точнее, разделочные работы с останками животных.

Разумеется, ни о каких нормах безопасности тут говорить не приходиться.

Если бы эту картину увидел Геннадий Онищенко, главный санитарный врач России, ручаюсь, его бы хватило кондрашка.

При 35-ти градусной жаре, на пыльном грязном столе коровью тушу разделывают, отделяя мясо от костей

Работа тяжелая, противная. Но женщины и мужчины делают ее наравне. Не удивлюсь, если после разделки это мясо потом промывают бензином. Для дезинфекции. Шутка.

Городской рынок выглядят более облагорожено. Как и у нас, лотки с товарами под навесом.

Бесконечные ряды торговцев.

Шум, гам, суета…

… бедняцкая конкуренция, и попытки нагреть на копейки.

Но нашу Дуро на мякине не проведешь.

За пучок морковки к супу она долго торгуется с парнишкой, придирчиво выбирает.

Очень много специй. Надо отметить, что нигерийская кухня этим сильно грешит. Даже я, сильный любитель острого, не всегда мог съесть до конца то или иное блюдо.

Рядом с культурными лавками, прямо на обочине дороги процветает дикая торговля. Водостоки утопают традиционно в мусоре.

Мачеха зовут зайти в мини-универмаг. Надпись с пожеланием счастливого рождества по-отечески радует глаз.

Питьевые соки, средства личной гигиены, батарейки, энергосберегающие лампы, стиральные порошки, зубные пасты стоят вперемешку на одной полке.

Короче, нигерийский вариант “1000 и 1 мелочи”.

Но мы сюда зашли специально для того, чтобы купить на ужин наше любимое пломбирное мороженое “по 48 копеек”

Мачеха знает, чем нас баловать!

(продолжение следует)

Запись опубликована Блог путешествий Самсона Шоладеми.Вы можете оставить комментарии здесь или тут


Comments Disabled:

Comments have been disabled for this post.

?

Log in

No account? Create an account